Общество

Церковоное PUASI или свобода духа ((памяти последнего настоятеля Путиловского храма)

Церковоное PUASI или свобода духа ((памяти последнего настоятеля Путиловского храма)

В этом году исполняется 150 лет со дня рождения священника Николая Орнатского. Сегнодня мы не можем обойти молчанием памятную дату иерея-исповедника Русской Православной Церкви, оказавшегося способным на редкий в годы его служения подвиг, предпочевший заточение церковной роскоши, глаголы истины – лицемерию. От начала своего служения в приходах Петербургской губернии и до последнего своего часа в застенках НКВД он шел одним путем, который выбрал однажды и на всю жизнь – не ломать себя и свою религиозную совесть и не ограничиваться молчанием во имя «мирного существования».

 

Подлинный сын своего народа

Родом он из Вологодской губернии, Череповецкого уезда. 7 (20) мая 1864 года в семье священника Богоявленской церкви селения Новая Ерга Николая Платоновича и его жены Флены Ивановны родился мальчик, которого и назвали Николаем. На тот момент в семье уже было трое детей: Александр, Философ и Дмитрий. В 15 лет мальчик окончил Кирилловское Духовное училище, а через 4 года – Череповецкую Учительскую семинарию. У Николая Орнатского уже тогда проявлялись основные качества его характера – рассудительность, неутомимость, готовность к полному самоотвержению. Именно эти качества характера, плюс прилежность к произнесению внебогослужебных бесед, послужат ему верительной грамотой при поступлении в Петроградскую Духовную Семинарию, а по ее окончании в 1901 году – при возведении в сан священника. Более четверти века он усердствовал на ниве просвещения, обучая детей в церковно-приходских, земских и Министерских училищах Закону Божию. Он был подлинно сыном своего народа, глубоко чувствовавшим и переживавшим все нужды своей паствы. Его прихожанами «было население более светлое, чем в других местах уезда, которые весьма интересовались современным положением в Церкви и предстоящими выборами в Государственную Думу». Это были люди купеческого сословия, крестьяне, торговцы, чиновники и почтово-телеграфные работники. Был конец 1906 года.

 

Общие настроения в народе

Общественное внимание в ту пору было всецело поглощено предстоящими политическими и церковными изменениями – выборами в Государственную Думу и деятельностью Предсоборной Комиссии. И то и другое создавало общее нерадостное настроение: народ питал надежду на перемены к лучшему, вместе с тем боялся возобладания над некоторой частью населения революционного духа. Начало января 1905 года и последующих двух лет свидетельствуют о множественных беспорядках среди рабочего и крестьянского населения в пределах Санкт-Петербургской губернии. По данным Полицейского управления половина случаев столкновения возмущенных масс со стражами порядка кончались жестокими избиениями и убийствами представителей обеих сторон. Было несколько случаев нанесения ран и причинения смерти классным и нижним чинам полиции отчасти с политической целью, а отчасти и просто под влиянием господствовавшего агрессивного настроения: так в Колпино, в том же году, при усмирении буйствовавших, был жестоко убит городовой, в Сестрорецке погиб унтер-офицер при обходе участка, в Лужском уезде крестьяне в количестве 200 человек убили ехавшего на дознание в с. Видони пристава уезда. В с. Путилово в начале декабря 1906 года было массовое столкновение крестьян с полицией под предводительством Федора Пожарского и «Гондибы» (Василия Огурешникова), которое закончилось ранением урядника, а для зачинщика – приговором к смертной казни, которая была заменена на 12 лет каторжных работ.

Опускать руки и молчать в такое время было так же преступно, как и сознательно помогать тем, кто не желал изменений в двухсотлетней политике произвола, которая привела Россию к гибели. «Горе тем, кого в настоящее время коснулась эта истина, – писали газеты, – но еще больше и на веки веков горе и стыд, если они еще не вдумались, не уразумели ... Их имена, память о них – со стыдом погибнут, а правда же, и помимо них, рано или поздно, все равно, в конце концов, восторжествует».

 

Пастырское слово отца Николая Орнатского

Отец Николай знал, что проповеди «прослушивались» и не сегодня-завтра за произнесенное им слово на него обязательно последуют доносы. В лучшем случае – его переведут в отдаленный приход, в худшем – поставят вопрос о необходимости полного устранения его от священнослужения. И все же слово было им зачитано 3 декабря после утрени и 6 декабря после литургии перед молебном, в день ангела Государя императора Николая II: «Теперь наступают выборы в государственную Думу, поэтому хочу прочесть вам статью. Выслушайте…» Начал он с наболевшего вопроса о свободе совести, затем перешел к вопросу отделения церкви от государства и затронул «святая святых» – форму правления в России.

«Свобода совести была дана раньше всех других и, как видно, с легким сердцем. Все русское общество, не только духовное, но и светское, с восторгом приветствовали эту свободу, не соглашаясь с каким-либо насильственным вмешательством во внутреннюю религиозную жизнь личности. Я, однако ж, не могу не видеть печального симптома в легкости, с которой правительство согласилось на свободное отпадение от православия. Нетрудно догадаться, что причина этой легкости – равнодушное отношение к религиозной истине или даже сомнение в возможности таковой. Однажды на собрании религиозно-философского общества в Петербурге одним из духовных ораторов была высказана мысль, что свобода пропаганды лжеучения не может быть допущена со стороны православного государства и не может быть желательна со стороны Церкви по тому же самому, почему не может быть разрешена свободная продажа опиума или других наркотических веществ, или свободно распространение порнографических произведений, развращающих детей и подростков. Мысль эта тогда встретила энергичный протест. А между тем, нельзя не признать в ней доли истины. Ведь с точки зрения человека верующего, именно в православии заключается абсолютная истина, необходимая для спасения. Отступление от нее, уклонение в ересь или инославие, влечет за собой вечную гибель и бесконечные страдания. Как свободная продажа опиума может погубить тело, так и свободная пропаганда лжеучения может погубить душу».

И, наконец, затрагивая «святая святых» – форму правления в России, он сказал, что «хоть монархический абсолютизм (форма правления в России на протяжении 200 лет. – Прим. авт.) имеет решительное преимущество перед всеми другими формами правления, но в данное время в справедливость этого уже никто не верит. Неограниченный монархический образ правления допускает большую возможность ошибок и злоупотреблений, поскольку неограниченный монарх сам является источником права и не обязан подчиняться никаким законам. Он может отменить все законы одним актом своей воли, он может совершенно не считаться с существующими юридическими нормами. Он мог бы, если бы захотел, лишить жизни всех своих подданных или конфисковать все их имущество в свою пользу. И последнее, абсолютизм монарха служит образцом для такого же абсолютизма чиновников, считающих себя в своей области маленькими царьками…»

 

Узник Старо-Ладожского монастыря 1906-1908 года.

Подлинно исповедническими были первые годы пастырского служения Николая Орнатского в Коложицкой Екатерининской церкви Ямбургского уезда. Оклеветанный духовными и светскими властями за произнесение им проповедей «неугодного содержания» и изгнанный «под надзор» в Староладожский Никольский монастырь, оправданный впоследствии, к нему с тех пор было прикреплено позорное в нулевых годах 20 века слово «революционер», и этот крест он понесет до конца своих дней.

Сослан он был в Староладожский монастырь без срока, сначала – «до расследования», а потом – «до светского суда». Полиции, в лице Губернатора, хотелось, во что бы то ни стало, обвинить его в преступлении, которое он не совершал (нетрезвости), а духовным властям – найти свидетелей обвинения, основанного на доносе католика-полицейского. «А потому, конечно, это задача очень трудная, если не будет допущено лжесвидетельство», – писал в своем прошении Николай Орнатский по истечении шести месяцев изгнания, в июле 1907 года.

В это время среди населения прихода Екатерининской церкви велись поиски свидетелей. Задача и впрямь оказалась не из легких. Благочинный отец Михаил Лавров после дачи показаний «по священству», был устранен от следствия и его показания уже не принимались, поскольку он дал положительный отзыв о поведении священника Орнатского и исполнении им служебных обязанностей: «Николай Орнатский имеет заслуженный авторитет в глазах разумной части своего прихода, смущая и тревожа лишь простодушных» – писал он. Были допрошены лица, занимающие особое положение в приходе – церковный староста Фома Алексеев, Федор Павлов, псаломщик Василий Лабецкий, крестьяне ближайших селений Григорий Васильев, Василий Егоров, Иван Прокофьев, Федор Максимов, Павел Пекин и еще 20 человек разного состояния и положения. Отзывы перечисленных свидетелей, опять же, носили только положительный характер.

Мужественно и неустрашимо держался пастырь в отношении своих клеветников, выражая в прошении одно лишь желание – вернуться как можно быстрей к месту служения, и одну лишь заботу – о семье и приходе. «Исходит 11-ый месяц моего пребывания в Староладожском Никольском монастыре. Конца расследованию моей виновности, основанной на доносе католика – полицейского пристава не предвидится. Между тем я положительно исстрадался душевно и телесно. Семья бедствует, потому что доходы, из которых семья получает половину, так скудны, что существовать на них невозможно … Разрешите мне отбывать наказание впредь до окончания дела, в Александро-Невской Лавре, откуда я мог бы хоть изредка навещать семью, иметь наблюдение за четырьмя обучающимися в Санкт-Петербурге детьми и приискать себе подходящее, по моему семейному положению, место».

Семья Николая Орнатского состояла из 8 человек. Жена священника Мария Ивановна с тремя малолетними детьми (еще четверо обучались в Петербурге) жила одна в доме, без прислуги. Дом и церковь находились в лесу в 1,5 верстах от деревни. Семья хоть и пользовалась половиной церковного дохода, но уже начинала нуждаться и бедствовать. Вновь назначенный псаломщик также бедствовал и терпел нужду. Церковно-приходскую школу временно прикрыли, до возвращения законоучителя.

 

Из письма Николая Орнатского

«…И кое-что на прощание. Мое пастырское служение в этом приходе, по независящим от меня обстоятельствам, возможно, скоро прекратится. От своего начала я служил делу мирного церковного общественного возрождения… Поток церковной жизни в веках неодинаков. Нередко бывает, что внешние явления церковной жизни не соответствуют идеалу Церкви. Отсюда происходит протест, вытекающий из жажды подлинного, нелицемерного христианства. В этом протесте есть и опасность дойти до крайних отрицаний. Где же компас, который должен быть руководящим началом церковных движений среди волнующегося времени?

У каждого человека есть добрый кормчий, называемый его совестью, а у христианина есть еще и компас - это вера во Христа, Который есть и «путь, и истина, и жизнь».  Кто хочет поддержать в людях «веру Божию», а не довольствоваться скорлупой ее, т.е. внешней организацией, тот не может не обратить внимания на значение в истории Царства Божия свободной личности, без которой немыслимо церковное общество. Последнее должно быть союзом свободы, объединенной в вере и по вере в единой Главе Церкви, новом Адаме…

Вера есть достояние свободной личности. Только свободная личность может иметь послушание веры, как основы церковного взаимоотношения и дисциплины.

И какие бы ни приводились оправдания необходимости puasi церковного, на самом деле папского, т.е. нецерковного абсолютизма и бюрократизма, мы не можем быть свержены с камня, на котором созиждем храм своих убеждений. Будем же свободны во Христе и во взаимном общении церковном, братия христиане православные.

До свидания».

 

В заключение

Таков был путь, выбранный отцом Николаем Орнатским, последним настоятелем Путиловского храма Тихвинской иконы Божией Матери, в котором он прослужил около четверти века. Его Голгофа была впереди: архивы ФСБ хранят материалы о последних двух неделях его жизни. Людская же память запомнила его навсегда ранним мартовским утром 1938 года. Опираясь на палку, 74-летний старик следовал по селу в сопровождении конвоя. В сторону Мги. Когда вели его, из-за каждого окна наблюдали за этим последним крестным ходом. Кто-то из сельчан не побоялся, подбежал и сунул священнику сверток.

Иерей Николай Орнатский – это высокий пример для всех иереев, образец великого апостольского служения, той твердости духа, которой так недостает всем нам в это лукавое время, время компромиссов и соглашательств с дiавольской ложью, это пример непоколебимого стояния за истину. Он шел через злословие, клевету, он выбрал изгнание, а затем смерть, лишь бы сохранить чистой свою совесть.

Да будет вечной память об этом мужественном исповеднике веры не только среди знающих и помнящих его, но и среди всех верных чад Православной Церкви, ненавидящих всякую ложь и лукавство, стремящихся остаться верными Христовой Истине до смерти.

(Материал составлен исключительно на архивных документах. Статья, по которой зачитывалась проповедь отцом Николаем Орнатским, – Церковный голос. 1906 г.)

Продолжение следует.

 

Ирина Безносюк,

историограф-исследователь

Путиловская волость

Вернуться к списку Общество

Рекомендуемые новости
Общество

Единороссы – за соцподдержку детей-инвалидов

15 декабря 2015

7 депутаты Ленобласти на очередном пленарном заседании приняли два закона, инициированных депутатом-единороссом Владимиром Цоем.

Спорт

Вокруг огромного сердца

23 февраля 2012

В минувшие выходные состоялись еще одни соревнования «Лыжня России - 2012». На этот раз они прошли в нашем районе, в Шлиссельбурге. В этом году желающих посостязаться оказалось гораздо больше, чем в прошлом. Спортивные старты начались очень символично: все участники встали вокруг огромного сердца, нарисованного краской прямо на снегу, и поприветствовали друг друга.

Общество

Все о продаже продовольственных товаров

14 апреля 2016

Общеизвестно, что отношение между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров, оказании услуг, выполнении работ регулирует Закон РФ № 2300-1 «О защите прав потребителей».

Спорт

В "Сосновоборском GIANT Веломарафоне" победила спортсменка из Ленобласти

05 мая 2014

В окрестностях города Сосновый Бор Ленобласти прошел первый этап Кубка веломарафонов региона - "Сосновоборский GIANT Веломарафон". Участие в нем приняли около 400 человек из Ленинградской области, Санкт-Петербурга, Великого Новгорода, Тольятти и Хельсинки (Финляндия). Об этом сегодня, 5 мая, сообщили в гатчинском велоклубе "Приорат".

Общество

«Сырая» жизнь

12 октября 2011

В редакцию поступил звонок от жительницы города Отрадное – Марии Ивановны, проживающей по улице Ленина, 18. Женщина жаловалась на безвыходную ситуацию, в которой оказались жители дома.

47 регион

Инвестировать в Ленобласть станет выгодно

25 июля 2012

В Ленинградской области в августе начнут действовать налоговые льготы для инвесторов. Законодательное собрание региона приняло закон, который устанавливает пониженную ставку налога на прибыль для организаций, которые вкладывают средства в экономику региона, говорится на сайте http://online47.ru

Общество

Грыжи живота и их лечение

18 сентября 2015

Малоподвижный образ жизни, отсутствие регулярных физических упражнений или, наоборот, тяжелый физический труд нередко негативно отражаются на нашем здоровье. Сочетание этих факторов с избытком лишнего веса, обострениями хронических болезней, которым иногда нет времени уделить должное внимание, повышает риск развития такого широко распространенного хирургического заболевания, как наружные грыжи живота.

Общество

Гулять так гулять!

10 августа 2010

В субботу в Кировске ярко и весело прошел праздник «Цвети, земля родная, Ленинградская!», посвященный 83-й годовщине образования Ленинградской области и Году учителя.