Книголюб

Читаем книги о блокаде

Читаем книги о блокаде

78 лет назад, 18 января 1943 г., было разорвано блокадное кольцо вокруг Ленинграда. Прорыв блокады стал переломным моментом в битве за Ленинград. Он придал жителям и защитникам города жизненные силы, уверенность в близкой победе над врагом.

Трудно себе представить что-то  более ужасное, чем блокада города в течение 900 дней. Особенно ценны воспоминания людей, переживших это трагическое время: бомбежки, голод, холод, безумие. Именно с  такими книгами  и предлагает Кировская центральная библиотека познакомиться своим читателям.

Адамович, А. Гранин, Д. Блокадная книга

Эта книга - памятник всем  блокадникам, которые остались людьми в тех нечеловеческих условиях. Эта книга про эмоции, про чувства, переживания, воспоминания, такие болезненные и горькие, которым не хочется предаваться.

Даниил Гранин назвал девятьсот дней блокады Ленинграда «эпопеей человеческих страданий». «Блокадная книга», написанная им совместно с Алесем Адамовичем, основана на воспоминаниях и дневниках сотен блокадников.

Книга создавалась двумя писателями: белорусом Алесем Адамовичем и ленинградцем Даниилом Граниным. В 1974 году Адамович ищет соавтора для создания книги о ленинградской блокаде. Первым, к кому он обратился, был Даниил Гранин, защищавший Ленинград. Писатель и фронтовик, ополченец, Даниил Гранин позже признавался, что был уверен, что ничего нового о блокаде в середине 70-х сказать уже невозможно, но после знакомства с Алесем Адамовичем понял, что частные истории войны и есть самая честная ее правда.

«Откровенно говоря, мы многого не знали, не знали, какие жестокие вещи стоят за привычными словами «ленинградская блокада». Даже мы, прошедшие войну — один в белорусских партизанах, другой на Ленинградском фронте, — казалось, привычные ко всему, были не готовы к этим рассказам. Они ведь, эти люди, щадили нас все годы, но себя, рассказывая, уже не щадят…» -  признавались авторы, пораженные горечью воспоминаний, которые они, сами того не ожидая, воскресили. 

Когда первая часть была написана, писатели  попытались напечатать книгу в ленинградских журналах. Первый секретарь Ленинградского обкома КПСС  Григорий Романов так и не позволил выпустить эту жесткую и страшную быль в Ленинграде. Тогда Гранин и Адамович поехали в Москву и отдали рукопись в журнал «Новый мир». Цензурой было сделано шестьдесят пять изъятий, замечаний, требований. Книга, напечатанная в журнале, вызвала, с одной стороны – возмущение партийных историков, они считали, что «разрушается героический образ Ленинградской эпопеи». С другой стороны – последовали сотни писем блокадников, которые посылали свои рассказы, чтобы дополнить, некоторые требовали большей правды, говорили о том, были вещи куда страшнее, и так далее. И только в 1984 году «Лениздат» выпустил с многочисленными цензурными исправлениями и сокращениями труд Адамовича и Гранина.            И только в 2014 году вышло в свет обновлённое, дополненное, очищенное от цензурных вмешательств, новое издание «Блокадной книги».

Главное достоинство «Блокадной книги» — уважение к правде — неурезанной, несмягченной, необлегченной. Авторы «Блокадной книги» ничего не сглаживают, не упрощают, не приукрашивают. Выстоять, не потерять себя в условиях блокадного существования было очень трудно. Какой ценой мучительной внутренней борьбы это давалось, раскрывает дневник Юры Рябинкина. И было немало людей, которые не выдерживали, у которых неукрощенный инстинкт самосохранения одолевал иные чувства — они могли вырвать хлеб у ребенка, украсть продовольственные карточки. Но большинство нравственно не сломилось. Даже те, кто физически не выдерживал, кто погибал от голода, сохраняли человеческое достоинство.

 «У каждого был свой спаситель» — эти слова, сказанные одним из блокадников и так или иначе подтвержденные наблюдениями всех, кто делился с А. Адамовичем и Д. Граниным своими воспоминаниями о пережитом в ту пору, означают и то, что без взаимопомощи, без взаимной выручки, наверное, не удалось бы выжить никому. Помочь обессилевшему человеку добраться до своего дома — всего-навсего каких-нибудь полсотни шагов, поделиться с потерявшим карточки кусочком хлеба — и значило спасти жизнь. И было это без всяких преувеличений подвигом, высочайшим самоотречением…

Гинзбург, Л. Записки блокадного человека

Одной из самых известных книг о жизни в осажденном Ленинграде стали «Записки блокадного человека» написанные советской мемуаристкой и литературоведом Лидией Гинзбург. Во время Великой Отечественной войны безвыездно оставалась в Ленинграде, работая в радиокомитете, выполняла задания Союза советских писателей по чтению лекций в воинских частях и госпиталях.

 Блокаду и блокадных людей Гинзбург наблюдала и в самой себе, и вокруг. И постоянно фиксировала наблюдения. То, что в публицистике именуется «героизмом», Гинзбург подвергала анализу, разлагала на составляющие элементы, наблюдая их взаимодействие и нейтрализацию одних другими. Вот, например, о нейтрализации страха смерти голодом:

«Человек зимы 41/42-го гг. идет по улице во время обстрела. Он знает, что это очень опасно и страшно. Но он идет обедать, в столовую. И вместо того, чтобы бояться, он раздражается на помеху (не дадут пообедать…); вместо того чтобы бояться смерти, он боится, что его по дороге задержат, остановят, загонят в укрытие.  Опасность и ежеминутная возможность гибели существуют в сознании этого человека, но его непосредственное переживание – это голод». На фрагменте, из которого взята цитата, стоит дата – 29 марта, год – между 1943 и 1945-м.

Над записками Гинзбург работала почти полвека, начиная с 1942 года; при публикации поставила тройную дату «1942 — 1962 — 1983». То, что человек подобного интеллекта и литературного дара пережил блокаду и рассказал о ней, своего рода культурная удача. «Мне нужно было показать не только общую жизнь, но и блокадное бытие одного человека. Это человек суммарный и условный (поэтому он именуется Эн), интеллигент в особых обстоятельствах».

            "Записки блокадного человека" повествуют об удивительных подробностях человеческого существования в сложнейших условиях выживания, сложившихся в годы блокады.
            В страшные годы войны писательница потеряла многих родных и близких ей людей. Но саму ее не сломили ни голод, ни холод, ни ежедневные артобстрелы и авианалеты. Ей удалось выжить вопреки всему.

Глинка, В. Воспоминания о блокаде

Вячеслав Михайлович Глинка – историк, много лет проработавший в Государственном Эрмитаже, автор десятка книг научного и беллетристического содержания, знаток русского XIX века.. Он пережил блокаду с самого начала до самого конца, работая в это тяжелое время хранителем в Эрмитаже, фельдшером в госпитале и одновременно отвечая за сохранность коллекции Пушкинского дома. Рукопись «Воспоминания о блокаде» была обнаружена наследниками В. Глинки после смерти автора при разборке архива. Сцены блокадной жизни, приведенные в книге, не требуют ни объяснений, ни дополнений.

Особенностью блокадных мемуаров автора можно считать сцены, характеризующие неотвратимость гибели целых пластов работников культуры в условиях бедствия 1941-42 г.г., бросают свет на одну частную трагедию: как вымирали интеллигенты. Те, кто не умел заготавливать и не имел практической сметки: одиночки на крошечной зарплате или вполне богатые коллекционеры, знаменитые ученые или мелкая музейная сошка, уцелевшие после кировского террора аристократы или роскошные обломки «старой культуры», не растерявшие себя в настоящей.

«Посланец вошел в квартиру без труда — дверь была отперта, и в квартире был такой же холод, как на дворе. Ф.Ф. (Нотгафт, член «Мира искусства». — Прим. ред.) и его супруга лежали на диване рядом, укрытые пледом и давно уже умершие. А на двери, на перекинутом от нее шнуре от оконной занавески, привязанном к медной ручке, висела Анастасия Сергеевна Боткина. Рядом лежал поваленный стул. А на стенах висели десятки холстов и гуашей, цена которых составляла в предвоенное время многие сотни тысяч рублей».

И все же мемуарная проза В.М. Глинки оптимистична. Культура, искусство, доброта, порядочность существуют совсем не всегда благодаря,  зачастую и вопреки всему. Автор подчеркивает, что во все времена и при всех политических и социальных формациях существуют люди, которые живут высокой правдой и чистыми заветами, что заложены в них не только исконно, но и неистребимо. И такие люди, что бы ни случилось, будут рождаться всегда. И в этом смысле культура непобедима.

Блокада Ленинграда. Народная книга памяти

Перед вами судьбы людей, переживших блокаду Ленинграда. 300 судеб. 300 реальных историй. Это их истории, которые они не смогут забыть никогда. Голод, смерть отчаянное противостояние, беспрецедентное мужество и борьба за мир – их правда, их выстраданная реальность.  Как стояли в очередях за хлебом, как спасались от бомбежек, а потом, доверившись судьбе, перестали; как работали и умирали для победы, как делились с близкими корочкой хлеба, как теряли родных…

Эта книга – попытка создать Историю великой русской трагедии через сотни историй жизни тех, кто пережил блокаду. Они не претендуют на объективность. Это дневники тех, кому посчастливилось выжить, и тех, кому пришлось умереть. Мы и последующие поколения должны знать, какое страшное лицо бывает у войны.

Пожедаева, Л. Война, блокада, Я и другие…

Голод и люди, живые и мертвые, 900 дней и ночей вопреки всему противостояли разрушению, голоду, смерти. И в этом аду самыми верными и самыми хрупкими солдатами были дети.

Она должна была погибнуть в той страшной бомбежке, ее должны были раздавить железные гусеницы прорвавшихся немецкий танков, она должна была умереть еще много раз, потому что такого не может вынести даже взрослый и сильный человек. Но она выжила, чтобы рассказать о той страшной войне, которую вели блокадные дети, большие и маленькие, как могли… и часто без взрослых…

Школьница в 16 лет в душевном порыве написала «Мемуары ребенка войны» о том, как в 7 лет оказалась в адском хаосе войны, страхе и боли, ужасе, голоде, холоде блокады Ленинграда. В «Мемуарах» все предельно откровенно, как было на самом деле. Писала только для себя, для собственной памяти, не собираясь никого посвящать в свои обнаженные детские  откровения. Просто ей самой потребовалась острая необходимость выплеснуть хоть на бумагу всю боль и горечь ребенка, оказавшегося в эпицентре событий и хоть чуть-чуть освободиться от давящей памяти. Стихи, рисунки, рассказы – все это буквально кричит со страниц книги. Это подлинные события, размышления и восприятия тех событий. Это детская правда о войне конкретной девочки Милы Аниной, месте и положении в ней ребенка.

         Обзор книг подготовила М. Слугина, гл. библиограф

                       

 

 

 

 

 

 

Вернуться к списку

Рекомендуемые новости

Мир книг Фредрика Бакмана

25 января 2021

Дорогие друзья, знакомо ли вам чувство открытия нового писателя? Возможно, таким открытием для кого-то станет шведский писатель Фредрик Бакман.

Здоровье не купишь, его разум дарит!

12 ноября 2020

Здоровье – ни с чем несравнимая ценность. Каждому человеку присуще желание быть сильным и здоровым. Мы не задумываемся, что наше здоровье может ухудшиться, но соблюдая простые правила, ведя здоровый образ жизни, можно избежать серьезных проблем с ним. Здоровье не купишь в магазине. Купить можно пилюли, но они уже устраняют последствия. Бесплатно можно быть здоровым и без денег, если у вас есть разум и вы им пользуетесь во благо своему здоровью.

Читаем книги о блокаде

15 января 2021

78 лет назад, 18 января 1943 г., было разорвано блокадное кольцо вокруг Ленинграда. Прорыв блокады стал переломным моментом в битве за Ленинград. Он придал жителям и защитникам города жизненные силы, уверенность в близкой победе над врагом.